Сначала, когда эйфория еще не прошла, еще не снят морской маникюр, а новые родинки еще не видны под загаром, чувствуешь себя превосходно. Чувствуешь, что ты все еще там. Еще помнишь каждую минуту и легко можешь воспроизвести в своем воображении весь день, представляя, кто и чем там сейчас занимается. И тебя это радует. Это возвращает тебя на море.
Потом наступает стадия отрицания. Ты отказываешься надевать куртку во время дождя, убеждая себя, что нехолодно. Лето ведь. Но все еще продолжаешь любоваться своим коричневым телом в белом белье. Потом перестаешь драить его мочалкой, стараясь подольше сохранить коричневые поверхности на кистях и стопах. Недавно я повстречала человека, который меня понимает. Который тоже не пользуется мочалкой. Однако все еще наслаждаешься скандинавской белизной выгоревших волос и бровей. Но вот и волоски постепенно темнеют: сперва на теле, потом на бровях. А когда загар начинает смываться, проступают пигментные пятна, и ты понимаешь, что кожа становится еще хуже, чем была прежде, наступает такая дипрессия, что лучше бы и вовсе не загорать. И даже не ездить на это море. Жила себе без него и жила б дальше. Если у вас нету тети, то вам ее не потерять.
Но ради одного белого сарафана в начале июня, ради льняного платья и белой рубашки, ради черных ног в белых кедах и коротких шортах, наверное, все-таки стоит!
И черт с ними, с пигментными пятнами.
